А вы знаете, кто был врагом Гитлера номер 1? Не многие знают этого человека в лицо, но его голос узнает каждый!

У Великой Отечественной войны было много лиц. Но для большинства жителей СССР голос у неё был лишь один — баритон, который стал легендой.

Юрий Борисович (Юдка Беркович) родился в семье известного владимирского портного Левитана. Естественно, сыну предназначалось продолжать портняжную династию. Однако Юдка с детства бредил сценой. Пробовал попасть на неё через столичный кинотехникум. Но не сложилось. На экзаменах его завалили из-за отвратительного произношения (окающего говора). Паренёк уже собрался возвращаться в родной Владимир, как на глаза ему попалось объявление о наборе радиодикторов. Не раздумывая, подал документы. Среди членов приёмной комиссии оказался знаменитый мхатовский актёр Василий Качалов. Он и благословил семнадцатилетнего окающего владимирца на редкое по тем временам поприще радиодиктора. Только одно условия поставил: избавиться от провинциального, местечкового произношения.

Поначалу Левитан разносил по кабинетам различные бумаги, готовил коллегам чай, бутерброды. И усиленно воевал со своим «говором». Занимался дикцией по 10-12 часов в сутки. Кроме этого работал и над развитием внимания – чтобы не допускать оговорок, пауз перед микрофоном. Например, становился на руки и, находясь вниз головой, читал тексты, которые подкладывал перед ним прямо на пол кто-нибудь из коллег-дикторов.

Левитан читал, а его ассистент поворачивал листок с текстом то боком, то вообще вверх тормашками. Уговор был такой: ошибся – оплачиваешь товарищу ужин в столовой.

Лишь спустя 2 года юношу допустили к настоящему микрофону. Правда, исключительно ночью. Всесоюзное радио транслировало свои передачи с 6 часов утра и до 12 ночи. Из Москвы передавались тексты с только что свёрстанной полосы главной газеты «Правды». В отдалённых уголках страны эту диктовку записывали стенографистки. Спустя несколько часов материалы уже печатались в местных газетах.

Слушать подобные передачи, да ещё и далеко за полночь, можно было лишь по необходимости или принуждению. И надо же было такому случиться, чтобы в третьем часу ночи сам Сталин включил радио

Соедините с председателем Радиокомитета! Товарищ Мальцев? Завтра я делаю доклад на съезде. Так вот, пусть по радио его прочитает человек, который у вас сейчас, в данную минуту, диктует передовицу “Правды”.

Вообще-то Константин Александрович должен был поставить в известность Иосифа Виссарионовича о том, что понравившийся ему голос принадлежит стажёру, который ещё ни разу не выходил в прямой эфир. Но главный радионачальник попросту струсил. И таким образом Юрий Левитан на следующий день, 26 января 1934 года, получил уникальную возможность стать знаменитым на весь Советский Союз. И по праву. Ведь он читал сталинскую речь пять часов. Без перерыва. И не сделал ни единого промаха, ни единой ошибки! Пять часов исключительно правильной русской речи, да ещё с глубочайшим её содержанием для страны. Довольный вождь опять позвонил председателю Радиокомитета: «Теперь все мои выступления и другие важные политические тексты пусть читает по радио именно товарищ Левитан!»

Война для Левитана стала и звёздным часом, и самым большим испытанием, которое только возможно было пережить человеку его профессии.

Никогда в жизни не державший в руках оружия, он, тем не менее, превратился в самого известного и отважного солдата – прямого эфира.
Подсчитано, что за 1418 дней боевых действий Юрий Борисович прочитал свыше 2000 сводок Совинформбюро, около 2 сотен экстренных сообщений «В последний час».
Ни разу он не бросил своего поста ни по болезни, ни по другой какой уважительной причине. При этом главный диктор страны обладал поразительной способностью так читать даже сообщения о трагических событиях на фронтах, что они людей не угнетали, а наоборот придавали им силы и уверенность – страна выстоит.

Картинки по запросу левитан диктор

Ведь не случайно же маршал Рокоссовский однажды заметил: «Левитан временами был для нас, фронтовиков, всё равно как целая дивизия, приходящая на помощь в самый ответственный момент боя!»

А другой военачальник генерал армии Афанасий Павлантьевич Белобородов однажды признался автору сих строк: «Вот у меня есть все награды нашей страны и многие зарубежные. Но ещё я помню о том, что обо мне и моих подчинённых тридцать два раза за всю войну вещал по радио Левитан. Это тоже было нашей всесоюзной наградой. Такой, знаешь, доской Почёта на всю страну».

И уж точно не зря сам Адольф Гитлер объявил Левитана врагом №1. Сталин, Черчилль, Рузвельт тоже были в числе его злостных недругов, но уже, соответственно, под номерами: 2, 3 и 4. Ещё осенью 1941 года по личному распоряжению фюрера спецгруппе СС вменялось в обязанность уничтожить советского диктора. За его голову обещалось вознаграждение в 250 тысяч марок. Бесноватый соображал, каким грозным оружием является этот уникальный, не имеющий аналогов в мире голос. Убедительно бархатный баритон Левитана к тому же для Гитлера был вечным укором: его собственные радиовыступления славились перманентным криком, переходящим порой в истошный визг.

Сталин тоже прекрасно понимал всю значимость и ценность своего протеже. Поэтому оберегал его как зеницу ока. Лично распорядился обеспечить ему круглосуточную охрану и засекретить внешность радиодиктора.

В органах разработали специальный словесный портрет, изображавший Левитана маленьким рыжим и лысым евреем. Такой ложный «фейс» через «сарафанное радио» внедрялся в массы по различным направлениям. (На самом деле рост Юрия Борисовича был 181 сантиметр и носил он пышную чёрную шевелюру).

Дочь Наталья Юрьевна вспоминала: «Всю войну папа провёл, как сам выражался, на казарменном положении. Даже спал урывками. За ним приходила машина в любое время дня и ночи. И обязательно с охраной. Если он куда-нибудь отлучался из дома — сообщал об этом на работу дежурному по Радиокомитету. А в партию вступил в самые первые дни войны и всегда чрезвычайно гордился этим обстоятельством».

Осенью 1941-го Левитана эвакуировали в Свердловск (ныне Екатеринбург) вместе с диктором Ольгой Высоцкой: вещать из столицы к тому времени стало технически невозможно — все подмосковные радиовышки были демонтированы, так как являлись хорошими ориентирами для немецких бомбардировщиков. Уральская студия размещалась в подвальном помещении. Информация для радиовыпусков поступала по телефону, сигнал ретранслировался десятками радиостанций по всей стране, что не позволяло запеленговать головной радиоузелСигнал из Свердловской студии шёл по кабелю на ретранслятор «РВ-96» у озера Шарташ. Тогда это был самый мощный передатчик в стране. Дикторы жили в бараке поблизости, на условиях полной секретности. Правда, к Левитану время от времени приезжали московские друзья. Он вообще слыл, если так можно выразиться, очень дружеобильным человеком.
Из воспоминаний Ю. Левитана:

«Все долгие дни и ночи войны меня не покидала одна, но страстная мечта: сообщить по радио о нашей полной и окончательной Победе. И эта мечта, наконец-то, осуществилась. 9 мая 1945 года мне выпало счастье прочесть акт о безоговорочной капитуляции Германии. А вечером нас с председателем Радиокомитета Алексеем Александровичем Пузиным вызвали в Кремль и вручили текст приказа Верховного Главнокомандующего о Победе над фашистской Германией. Прочесть его надлежало через 35 минут. Радиостудия, откуда велись такие передачи, находилась недалеко от Кремля, за зданием ГУМа. Чтобы попасть туда, предстояло пересечь Красную площадь. Но перед нами оказалось море людское! С помощью милиции и нескольких солдат мы взяли с боем метров пять-шесть, а дальше – ну никак не пробиться! «Товарищи, — кричу, — пропустите, мы по очень важному делу!» — «Да какие там могут быть дела, мужик! Сейчас по радио Левитан приказ о Победе передаст, салют прогремит. Стойте, как все, слушайте и смотрите!». Мне в пору было заплакать от досады. И тут осенило: ведь в Кремле тоже есть радиостанция. Оттуда можно читать! Бежим назад, объясняем ситуацию коменданту. Тот даёт команду охране не останавливать двух бегущих по кремлёвским коридорам людей. Вот и радиостанция. Срываем с пакета сургучные печати, раскрываем текст. На часах – 21. 55. Сделав глубокий вдох, я начал: «Говорит Москва! Фашистская Германия разгромлена…».

Несмотря на всенародное обожание и выдающиеся заслуги (Левитан стал первым диктором, получившим звание народного артиста СССР, его наградили тремя орденами и девятью медалями Советского Союза) личная его жизнь не сложилась.

Диктор женился ещё в 1938 году на красавице Раисе – студентке Института иностранных языков. При первой же встрече он взял её за руку и произнёс: «Люблю тебя… И после паузы — Петра творенье!» Так и продекламировал всего пушкинского «Медного всадника». Молодые поженились, у них родилась дочь Наташа. Но через 11 лет совместной жизни супруга Левитана, которую друзья в шутку называли Мадам Приказ, полюбила красавца-слушателя военной академии. «Что ж, уходи. Но останемся друзьями», – просто и буднично сказал Юрий Борисович. И до конца дней действительно поддерживал с бывшей женой и её вторым мужем дружеские отношения. Они даже Новый год всегда встречали вместе в ресторане ВТО. «Это моя двоюродная сестра», – представлял он в компании бывшую супругу. А сам больше не женился. Жил в небольшой квартирке по улице Горького (ныне Тверская) вместе с дочерью Наташей и тёщей Фаиной Львовной. Та, без преувеличения, буквально боготворила бывшего зятя и всячески старалась обеспечивать ему комфорт и уют. Когда Левитану, которому по статусу полагались всевозможные льготы, предложили пропуск в кремлёвскую столовую, Фаина Львовна взмолилась: «Юдка, я тебя умоляю, ну неужели там, в Кремле тебе приготовят такую гефилте фиш (фаршированную рыбу по-еврейски)? Не майся дурью – ешь свой любимый винегрет». (Левитан мог его употреблять утром, в обед и вечером).

Весной 1961 года торжествующий голос Левитана сообщил всему миру о полете в космос первого человека. Через некоторое время после этого Радиокомитет устроил для своих сотрудников встречу с космонавтами. Юрбор (на Всесоюзном радио только так обращались к ветерану) подошел к Гагарину: «Здравствуйте, Юрий Алексеевич! Мы с вами – тёзки. А фамилия моя — Левитан!». Тот вскочил, вытянулся по стойке «смирно» и отрапортовал: «Здравия желаю, товарищ Левитан!» Юрий Борисович смутился: «Ну зачем вы так. Вы же майор, а я — рядовой, необученный, предвоенного призыва». — «Вы для меня, для всей моей семьи больше любого генерала значите. То, что именно вы читали по радио сообщение о моём полёте,- это для меня больше, чем награда. Честное слово!».

Тут надо заметить, что «главный диктор страны», наверняка, отдавал себе отчёт в собственной значимости для «дела пропаганды и агитации среди советского народа».

Полагаю также, что знал: обладает неким уникальным даром свыше. Но при всём при этом Левитан никогда и ни в чём не допустил собственного высокомерия, неуважительного отношения к коллегам.

Он даже понятия не имел, что такое, говоря сегодняшним языком, «звёздная болезнь». Всегда был чутким к друзьям и к незнакомым людям. Любое общественное поручение выполнял добросовестно, честно, с тем коммунистическим энтузиазмом, который с определённого времени стал среди советской интеллигенции почти моветоном. Но Левитан был и умер истинным коммунистом. Такая деталь. Однажды ему предложили квартиру из 8 (восьми!) комнат в доме с улучшенной планировкой. И он спокойно отказался от неё в пользу многодетного коллеги. В профкоме решили «протрубить» об этом благородном поступке коммуниста Левитана, но он пригрозил активистам всеми карами небесными, если они устроят «такую глупость».

Где-то с середины семидесятых Юрий Борисович почти не выходил в прямой эфир. Начальство считало, и, наверное, справедливо, что голос Левитана ассоциируется у населения с какими-то чрезвычайными событиями. Мол, не читать же диктору, объявлявшему о начале войны или салюте в честь Дня Победы, сводки об итогах уборочной. Доводилось Левитану много потрудиться на всяких озвучках документальных фильмов, хроники. К слову, ни одно из сообщений военной поры, зачитанное главным диктором страны не сохранилось. Спустя многие годы он специально надиктовал самые важные из них для истории.

Вплоть до последних лет жизни ему нравилось гулять по дачным окрестностям, причем в спортивных трусах, без майки и обязательно босиком! Те, кто встречал его в таком виде, глазам своим не верили: неужели это Левитан?

На досуге слушал музыку (любимая опера его – «Князь Игорь»). По телевизору предпочитал смотреть боксерские поединки, вообще спортивные передачи. Каждый раз с восторгом пересматривал кинофильм «Белое солнце пустыни».

Был заядлым автомобилистом. С азартом водил машину вплоть до последних дней жизни.

Письма он получал буквально мешками. На некоторых был указан весьма лаконичный адрес: «Москва. Кремль. Левитану». С легендарным диктором советовались, просили помочь в делах житейских: ведь раз он читает по радио тексты от имени первых лиц государства, значит, может и с квартирой помочь, и с несправедливостью зловредного начальника разобраться.

…У меня был закадычный друг, ныне покойный Александр Тимонин. Вместе с известным телеведущим Юрием Фокиным, они вели самые первые репортажи в прямом эфире со стартов на космодроме Байконур. Так вот при каждом нашем застолье Саша любил прихвастнуть тем, что его от южнорусского говора в своё время отучил не кто иной, а Юрий Левитан. Когда я дружка «приземлял», типа того, что Юрбор очень многих учеников поставил на крыло, Тимонин парировал: «Да ты пойми: для нас, телевизионщиков, слово Левитана весомее, чем для тебя приказ Министра обороны».

Известный актёр Борис Михайлович Сичкин (Буба Касторский), друживший с Левитаном многие годы, вспоминал:

Я как-то спросил: Юра, тебе твоя популярность не мешает?». — «Признаться, очень мешает. Понимаешь, раньше, когда меня никто не знал, я шёл и плевал направо и налево, а сейчас, чтобы плюнуть, надо искать урну.

В августе 1983-го Юрия Борисовича пригласили принять участие в торжествах по случаю 40-летнего юбилея со дня освобождения Орла и Белгорода. Надо сказать, что он всегда с неподдельным удовольствием общался с ветеранами Великой Отечественной. Перед отъездом Левитан пожаловался дочери на боли в сердце. Та стала его отговаривать от поездки: «Ну что ты, Наташа, как я могу подвести людей. Ведь они меня ждут». А тот август выдался необычайно жарким — столбик термометра зашкаливал за 40 градусов. На поле под Прохоровкой, где во время Великой Отечественной состоялась знаменитая танковая битва, Юрию Борисовичу стало плохо. Врачи деревенской больницы, в которую доставили Левитана, ничего сделать уже не смогли…

Почти полвека Левитан читал важнейшие политические документы, вёл репортажи с Красной площади, из Кремлёвского дворца съездов, участвовал в различном озвучивании, занимался педагогической деятельностью. И это – настоящее гражданское подвижничество.

И оно по достоинству увековечено. Могила Ю. Левитана — на Новодевичьем кладбище. О его творческой деятельности снят документальный фильм «Гении и Злодеи». В 1985 году, в канун 40-летия Победы, во Владимире в его честь была названа улица. На доме № 2 по улице Диктора Левитана в мае 2000 года установлена мемориальная доска. В Алма-ате, Уфе, Днепропетровске, Твери и Орске есть улицы, названные в его честь. Правда, его родной город до сих пор не имеет памятника своему выдающемуся земляку. Поэтому культурно-просветительский центр «Система вечных ценностей» объявил конкурс на проект памятника и сбор средств на него. На установку понадобится 4,5 миллиона рублей. 3 миллиона дадут спонсоры, а недостающие полтора соберут владимирцы.

На протяжении всей войны к его голосу, затаив дыхание, прислушивались миллионы людей. Его голос укреплял веру в победу, поднимал солдат в бой, вселял надежду в сердца людей. Этот голос всегда, в любой ситуации звучал ровно и спокойно!

Этот человек имел такое влияние на массы, что значился первым в списке врагов Гитлера, тогда как Сталин был лишь на втором месте.

За его голову тогда назначили награду в 250 тысяч марок. Убийство Юрия Левитана было поручено специальной группе СС.

В целях безопасности радиоточку перенесли из Москвы на Урал, в Свердловск. Левитан жил и работал там в условиях полной секретности.

Эта информация держалась в тайне ещё 25 лет после смерти Гитлера.

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

А вы знаете, кто был врагом Гитлера номер 1? Не многие знают этого человека в лицо, но его голос узнает каждый!